КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 22 июля 2026 г. N 2295-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА СКЛЯРА
РОМАНА ВЛАДИМИРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ
ПУНКТОМ 2 И ПОДПУНКТОМ 4 ПУНКТА 14 СТАТЬИ 11.10 ЗЕМЕЛЬНОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, СТАТЬЕЙ 29.4 ЗАКОНА
КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ "О РЕГУЛИРОВАНИИ ЗЕМЕЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ
В КРАСНОЯРСКОМ КРАЕ", А ТАКЖЕ ЧАСТЬЮ 5 СТАТЬИ 15 КОДЕКСА
АДМИНИСТРАТИВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Р.В. Скляра к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин Р.В. Скляр оспаривает конституционность следующих положений:
пункта 2 и подпункта 4 пункта 14 статьи 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации, в силу которых подготовка схемы расположения земельного участка осуществляется с учетом утвержденных документов территориального планирования, правил землепользования и застройки, проекта планировки территории, землеустроительной документации, положения об особо охраняемой природной территории, наличия зон с особыми условиями использования территорий, земельных участков общего пользования, территорий общего пользования, красных линий, местоположения границ земельных участков, местоположения зданий, сооружений, объектов незавершенного строительства, причем в решении об утверждении схемы расположения земельного участка в отношении каждого из земельных участков, подлежащих образованию в соответствии со схемой расположения земельного участка, указываются, в числе прочего, вид или виды разрешенного использования земельного участка;
статьи 29.4 Закона Красноярского края от 4 декабря 2008 года N 7-2542 "О регулировании земельных отношений в Красноярском крае", регламентирующей порядок бесплатного предоставления в собственность многодетным гражданам земельных участков из земель, находящихся в государственной собственности;
части 5 статьи 15 КАС Российской Федерации, устанавливающей, что при разрешении административного дела суд применяет нормы материального права, которые действовали на момент возникновения правоотношения с участием административного истца, если из федерального закона не вытекает иное.
Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, с которым согласились вышестоящие суды, отказано в удовлетворении административного искового заявления Р.В. Скляра о признании незаконным отказа органа местного самоуправления внести изменения в распоряжение, которым утверждена схема испрашиваемого истцом земельного участка на кадастровом плане территории. В обоснование иска было указано, что ответчик неправомерно отказал в исключении из данного распоряжения информации о расположении земельного участка в границах территориальной зоны "рекреационная лесопарковая", а также во включении в это распоряжение сведений о желаемых заявителем видах разрешенного использования земельного участка (включая ведение садоводства и дачного хозяйства), поскольку на момент подачи в 2014 году заявления о предоставлении испрашиваемого земельного участка бесплатно в собственность членов многодетной семьи Р.В. Скляра спорный участок входил в границы иной территориальной зоны, допускавшей указанные виды разрешенного использования, а также поскольку в силу решения суда по другому делу ответчик обязан выдать схему расположения земельного участка согласно указанному заявлению 2014 года. Доводы Р.В. Скляра о том, что на правоотношения, связанные с рассмотрением его заявления о предоставлении участка, поданного в 2014 году, должны распространяться правила землепользования и застройки, действовавшие на дату подачи указанного заявления (позволявшие ведение садоводства и дачного хозяйства), отклонены судами, поскольку при утверждении схемы расположения земельного участка подлежит применению действующая градостроительная документация без учета ранее возникших правоотношений, связанных с разрешением вопроса о возможном предоставлении земельного участка.
По мнению заявителя, оспариваемые нормы противоречат статьям 2, 7, 17 (часть 3), 18, 19 (части 1 и 2), 35 (часть 2), 36 (часть 1), 38 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 54 (часть 1) и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, поскольку:
пункт 2 и подпункт 4 пункта 14 статьи 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации позволяют при утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории указывать в соответствующем решении территориальную зону, в границы которой входит испрашиваемый земельный участок на момент принятия органом местного самоуправления такого решения, а не на дату подачи гражданином заявления о предоставлении участка;
статья 29.4 Закона Красноярского края "О регулировании земельных отношений в Красноярском крае" позволяет каждое отдельное действие в рамках единой процедуры предоставления земельного участка многодетным семьям (например, утверждение схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории) рассматривать как самостоятельное правоотношение, в связи с чем применять к такому действию закон, действующий на момент совершения этого действия, а не на дату подачи гражданином заявления о предоставлении земельного участка;
часть 5 статьи 15 КАС Российской Федерации позволяет судам при оценке правомерности решения об утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории применять нормы, действующие на момент принятия указанного решения, а не на дату подачи гражданином заявления, инициирующего единую процедуру предоставления такого участка.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституция Российской Федерации, закрепляя, что земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории (статья 9, часть 1), одновременно предусматривает, что условия и порядок пользования землей определяются на основе федерального закона (статья 36, часть 3), каковым является и Земельный кодекс Российской Федерации, устанавливающий как принцип деления земель по целевому назначению на категории, согласно которому правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к определенной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий и требованиями законодательства (подпункт 8 пункта 1 статьи 1), так и требования к процедуре образования земельных участков, учитывающие их особенности как объектов земельных и гражданских правоотношений, представляющих собой часть земной поверхности и имеющих характеристики, позволяющие определить их в качестве индивидуально определенной вещи (пункт 3 статьи 6). Такая идентификация позволяет обеспечивать рациональное использование земли, а также защиту прав собственников и иных пользователей земельных участков, смежных по отношению к вновь образуемым.
Этим же целям служат и требования, содержащиеся в оспариваемых положениях Земельного кодекса Российской Федерации и связанные с образованием земельных участков согласно утвержденному проекту межевания территории или схеме расположения земельного участка на кадастровом плане территории, составленной с учетом правил землепользования и застройки (устанавливающих виды разрешенного использования земельных участков), а также исходя из наличия земельных участков общего пользования, территорий общего пользования, местоположения границ земельных участков.
При этом Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях применительно к отдельным нормам градостроительного и земельного законодательства отмечал, что регламентация градостроительной деятельности, имеющая целью в первую очередь обеспечение комфортных и благоприятных условий проживания, комплексный учет потребностей населения и устойчивое развитие территорий, необходима для согласования государственных, общественных и частных интересов в данной области (Постановление от 28 марта 2017 года N 10-П; определения от 30 июня 2020 года N 1629-О, от 30 мая 2024 года N 1167-О и др.).
Таким образом, оспариваемые положения Земельного кодекса Российской Федерации, обеспечивающие идентификацию земельного участка в качестве индивидуально определенной вещи в целях рационального использования земель на основе дифференцированного подхода к установлению правового режима земель с учетом природных, социальных, экономических и иных факторов, сами по себе не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя, равно как и статья 29.4 Закона Красноярского края "О регулировании земельных отношений в Красноярском крае", принятая в рамках дискреции регионального законодателя и регламентирующая порядок бесплатного предоставления в собственность многодетным гражданам земельных участков, притом что данные нормы не устанавливают правил действия закона во времени применительно к различным этапам предоставления земельных участков.
Кроме того, оспариваемые нормы Земельного кодекса Российской Федерации и статья 29.4 Закона Красноярского края "О регулировании земельных отношений в Красноярском крае" не лишают заявителя права на получение иного земельного участка в целях ведения садоводства или дачного хозяйства и не препятствуют при наличии на то оснований возмещению причиненного заявителю вреда.
Что касается части 5 статьи 15 КАС Российской Федерации, то, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, основным принципом существования закона во времени является распространение его действия на настоящее и будущее время; придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений (определения от 28 сентября 2017 года N 1836-О, от 20 декабря 2018 года N 3297-О, от 25 июня 2019 года N 1556-О и др.). Данный принцип имеет универсальный характер и распространяется на все виды нормативных правовых актов.
Таким образом, часть 5 статьи 15 КАС Российской Федерации конкретизирует общий принцип действия материального закона во времени, в силу которого к правоотношениям подлежит применению закон, действующий в период их возникновения, а применение к ним нового закона возможно только в случае прямого законодательного указания на распространение его действия на ранее возникшие правоотношения (придание закону обратной силы), и не предполагает произвольного применения, а потому сама по себе не может рассматриваться как нарушающая конституционные права заявителя.
Разрешение же вопросов, касающихся выбора правовых норм, подлежавших применению с учетом обстоятельств конкретного дела, не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Скляра Романа Владимировича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
